bigbeast_kd: (Default)
http://demoscope.ru/weekly/2017/0723/s_map.php#2

В 2016 году зарегистрировано 2130,6 тысячи преступлений без учета Крыма. Даже с учетом Крыма – 2160,1 тысячи преступлений – это самое низкое значение показателя, начиная с 1991 года.

Уровень преступности в России достиг наивысшей отметки в 2006 году, составив 2695 преступлений в расчете на 100 тысяч человек постоянного населения. В 2014 году он опустился до 1507 на 100 тысяч человек, а в 2016 году - до 1476, что является самым низким значением показателя, начиная с 1992 года. С учетом Крымского федерального округа уровень преступности в 2016 году снизился до 1474 на 100 тысяч человек.

С сокращением числа зарегистрированных преступлений снижалось также число лиц, признанных потерпевшими от преступных посягательств. Наибольшим оно было в 2006 году – около 3 миллионов человек, или 21 из каждой тысячи россиян. В 2016 году, по предварительным данным, число потерпевших в результате преступных посягательств снизилось до 1,5 миллиона человек, или примерно 1040 на 100 тысяч человек.




Read more... )



bigbeast_kd: (Default)
В полную противоположность Англии, военные руководители России и Пруссии на всем протяжении предшествующего столетия и вплоть до 1914 года, решали весьма сложные задачи. Их армиям приходилось стремительно приспосабливаться к реалиям изменявшегося мира. Говоря о веке в целом, следует отметить четыре наиболее важные особенности.
Во-первых, огромный численный рост населения и армий значительно усложнил как обеспечение тыла, так и, прежде всего, командование и контроль над проведением сражения.
Во-вторых, появление железных дорог, телефона и телеграфа привело к подлинной революции в области коммуникаций, что имело огромное значение для мобилизации и контроля над военными подразделениями.
В-третьих, колоссальные перемены произошли в области военной техники — так, например, резко возросла оборонительная огневая мощь при одновременном сокращении мобильных наступательных сил.
И, наконец, солдаты в большинстве крупных армий в 1914 г. были куда более грамотны и развиты в умственном отношении, чем столетие назад. Методы ведения войны претерпели значительные изменения, и для того, чтобы соответствовать новым требованиям, военному руководству необходим был беспрецедентный уровень интеллектуальности и профессионализма.

Read more... )
bigbeast_kd: (Default)
Офицеры девятнадцатого века в большинстве своем с недоверием относились к идеям радикального либерализма, не говоря уже о демократии или социализме. Радикалы могли проповедовать неприемлемые доктрины о всеобщем прекращении войн или о том, что необходимо заменить постоянные армии гражданским ополчением. Офицер в любом случае хранил верность власти, иерархии и дисциплине. Как правило, сам он исповедовал простые и ясные патриотические ценности, и требовал того же от своих солдат. Демократическая же политика означала партийные конфликты, классовые и этнические раздоры и компромиссы; ухищрения и полуправда парламентской жизни вошли у политических лидеров в привычку. Офицеры благородного происхождения имели особую причину с неприязнью относиться к демократии. Она несла ощутимую угрозу их собственным интересам землевладельцев или rentier (рантье - прим.мое), а также, несомненно, подвергала опасности интересы их братьев и кузенов. Демократическая политика грозила заменить представителей того сословия, к которому принадлежал офицер, правителями, чье социальное происхождение и манеры, возможно, вызывали у него презрение, и кого он, подчас не без оснований подозревал в том, что для собственного продвижения к власти они использовали средства, с точки зрения аристократа не этичные. Более того, эти новые правители отнюдь не были склонны ставить интересы и особенности офицерского корпуса столь же высоко, как это делала старая аристократическая политическая элита.

bigbeast_kd: (Default)
Богатые аристократы, отпрыски знатных семей, поступая офицерами в наиболее престижные полки гвардейской кавалерии, редко относились к военной службе, как к профессиональной деятельности. Как правило, прослужив несколько лет в приятном и веселом обществе людей, равных им по положению, они оставляли казармы ради тех занятий и удовольствий, которые предоставляло крупное состояние, доставшееся по наследству. У таких людей не было стимула совершенствоваться в различных аспектах военного искусства или карабкаться вверх по армейской иерархической лестнице. Граф А. А. Игнатьев вспоминает, что в 1890-х годах поступить в кавалергардский полк было все равно, что стать членом престижного модного клуба. Все офицеры прекрасно знали, что расходы их многократно превысят жалованье. Клубная атмосфера усиливалась и благодаря тому, что представители многих семей из поколения в поколение служили в одном и том же полку. Например, отец Игнатьева в прошлом был командиром кавалергардского полка, а сам он появился на свет в полковой казарме. В офицерских собраниях разговоры по большей части вертелись не вокруг профессиональных вопросов, а вокруг светских новостей, там царила атмосфера учтивости, беспечности и терпимости, свойственных благополучию — и действительно, жизнь кавалергардских офицеров не была обременена чрезмерными служебными обязанностями.

У незнатных и небогатых дворян было больше стимулов относиться к военной службе как к профессии, связывая с нею свои честолюбивые устремления. В Европе наиболее известным дворянским сословием, посвятившим себя военной карьере, было прусское юнкерство, но и в России, и в Англии имелись подобные классы — пусть не столь многочисленные и несколько иные по образу жизни. Два величайших полководца России, Суворов и Кутузов, вышли из верхних слоев рядового дворянства, а не из придворной аристократии, и то же самое можно сказать про многих русских военачальников девятнадцатого века. В восемнадцатом и в начале девятнадцатого века российское государство осыпало благодеяниями придворную аристократическую элиту, однако и провинциальные дворяне имели возможность подняться на самую вершину военной или гражданской бюрократической лестницы; в этом Россия упомянутого периода принципиально отличалась от России допетровской, а также от Польши, где безраздельно царили крупные земельные магнаты. Открытая перед рядовыми дворянами возможность продвижения наверх в действительности являлась одним из ключевых условий, обеспечивших как процветание послепетровской монархии, так и лояльность дворянства по отношению к абсолютистскому государству.

Как считает Корелли Барнет, из всех сословий в Британии англо-ирландское дворянство было «наиболее близко классу прусских юнкеров. Зачастую более бедные, чем их английские собратья, — так как ирландская деревня была бедна, и, следовательно, доходы от нее были низки — англо-ирландские дворяне не вылезали из седла, и жизнь их была бесконечно далека от современного мира промышленности и крупных городов. Как и у юнкеров, из поколения в поколение сын, следуя по стопам отца, шел служить в армию. Робертс, Уоллси и Китченер — все они были сыновьями военных, и, в отличие от многих английских офицеров, ни один из них не был богат, хотя все они имели достаточный годовой доход и, разумеется, были весьма честолюбивы». Барнет вполне мог бы продолжить эту параллель между англо-ирландским дворянством и прусским юнкерством. Помимо всего прочего, англо-ирландцы являлись колониальной аристократией. Многие из них занимали весьма жесткие позиции, что считалось естественным для землевладельцев, живущих среди покоренных крестьян. Ирландский протестантизм, окруженный католическим морем, мог принять прусский оттенок, имея мало общего с терпимостью и широтой взглядов, которые часто встречались среди английской аристократии. Вклад англо-ирландского дворянства в высшее руководство британской армией не ограничился только Китченером, Робертсом и Уоллси. Даже три наиболее известных британских генерала времен Второй мировой войны — Монтгомери, Брук и Александер — происходили именно из этой среды. Гарольд Александер, сын пэра и сам гвардеец, вышел из верхних слоев англо-ирландского дворянства. В 1919 г., во время гражданской войны в России, он командовал ополчением балтийских помещиков немецкого происхождения. Более состоятельные и преуспевающие, чем большинство прусских дворян, они в известном смысле могли считаться «сверх-юнкерами»; не удивительно, что и их командир из «сверх англо-ирландского» дворянства без труда нашел с ними общий язык.


bigbeast_kd: (Default)
ТАБЛИЦА 9.2 Российские крупные землевладельцы
  Всего Военные  
Поколение 1 (род. в 1760—1799) 26 18 69,20%
Поколение 2 (род. в 1800—1824) 34 24 70,10%
Поколение 3 (род. в 1825—1874) 30 17 56,60%

ТАБЛИЦА 9.3. Российское нетитулованное дворянство
  Военные Гражданские служащие Всего
Поколение 1 (род. в 1775—1799) 53 (65,4%) 32 (39,5%) 81 (100%)
Поколение 2 (род. в 1800—1824) 35 (55,6%) 19 (30,2%) 63 (100%)
Поколение 3 (род. в 1825—1874) 29 (29,9%) 49 (50,5%) 97 (100%)

К представленным в Таблицах 9.2 и 9.3 данным относительно путей карьеры, избиравшихся представителями российской аристократии и рядового дворянства, необходимо относиться с некоторой долей скептицизма. Нельзя утверждать с уверенностью, что Н. И. Иконников, на чьих трудах по генеалогии основаны данные таблицы, не пропустил отдельных представителей дворянства или не обошел вниманием карьеры тех, область деятельности которых вообще не назвал. О поколениях, живших до 1861 года, он предоставляет более полную информацию, чем о тех, чей жизненный путь совпал с десятилетиями, непосредственно предшествовавшими революции. Таблицы 9.2 и 9.3 ни в коем случае нельзя рассматривать, как доказательство вырождения русского дворянства. В Таблице 9.2 собраны данные относительно деятельности шестнадцати крупнейших российских землевладельцев. В расчет берутся не только занятия глав семейств, но и всех их родственников по мужской линии — братьев, дядей, племянников — родившихся после 1760 года. В Таблице 9.3 представлены данные относительно занятий представителей мужской линии восемнадцати наиболее выдающихся, но нетитулованных семей, ведущих свои родословные от старомосковского дворянства; все данные касаются лишь тех, кто родился между 1775 и 1874 годами.

Из этих двух таблиц можно сделать заключение, что на протяжении девятнадцатого века военная служба утрачивала популярность среди русской аристократии и рядового дворянства. Примерно 70 процентов представителей высшей знати, рожденных до 1825 г., избрали для себя военную карьеру, меж тем как среди представителей следующего поколения их примеру последовало всего 56,6 процента. Более того, именно самые молодые представители последнего поколения испытывали наименьшую склонность к военной службе. Среди рядового дворянства количество офицеров уменьшалось еще заметнее: в поколении родившихся между 1775 и 1799 гг. военную карьеру избрали 65 процентов, в следующем поколении уже 55 процентов, а из тех, кто родился после 1825 г. — всего 30 процентов.

При всех допускаемых Иконниковым неточностях, отчетливая выраженность этой тенденции, наблюдаемой в обеих таблицах, позволяет предположить, что данные отражают реальную перемену, произошедшую в карьерных приоритетах. Среди рядового дворянства, уменьшению популярности военной службы сопутствовала неуклонно растущая популярность службы гражданской. Скорее всего, это также соответствует реальности, так как в России, как и в Венгрии, сыновья крупных помещиков, материальное положение которых ухудшилось в результате отмены крепостного права и упадка сельского хозяйства, вступали в быстро растущие ряды гражданских чиновников. При этом с точностью определить, кто является, а кто не является государственным служащим в императорской России, дело весьма мудреное; кроме того, Иконников, вероятно, охотно упоминает гражданские чины и должности, обходя при этом молчанием бытовавшие среди дворян занятия свободными профессиями или коммерцией. Но даже при этом среди членов семьи Арсеньевых, родившихся после 1850 г., можно, например, встретить тех, кто служил землемерами, докторами или страховыми агентами; предки их с презрением отвергли бы подобные занятия. Скорее всего, в аристократической среде примеры такой деятельности не встречались. Гражданская служба отнюдь не пользовалась у аристократов такой популярностью, как у нетитулованных дворян. Должности при дворе, как правило, хотя и не всегда, приносившие лишь почет, но не деньги, дипломатическая служба и членство в Государственном Совете, высшем органе законодательной власти империи, — все эти сферы, в отличие от обычных гражданских служб, являлись для аристократии излюбленным поприщем.
 
 
bigbeast_kd: (Default)
Война была одним из самых древних занятий аристократии. Корни английского и немецкого дворянства уходят в средневековое рыцарство. В обеих странах многие семьи из числа наиболее знатных могли проследить свою родословную вплоть до периода средневековья и назвать славных предков, а те, что не могли, усвоили корпоративные традиции, присущие их классу. В России также было исключительно много старинных фамилий, которые на протяжении столетий удерживали свой статус в аристократической придворной элите — от Московии до Империи. Аристократией Московии в ранние периоды были соратники Великого князя, составлявшие его дружину. В пятнадцатом веке, по мере роста военных нужд Московского государства и численного увеличения аристократии, развивалось и мелкое дворянство, которое в награду за военную службу получало земельные угодья в бессрочное владение.

 
 
bigbeast_kd: (Default)
 (Зайончковский Правительственный аппарат самодержавной России в 19 веке)

Рассмотрим сословное положение чиновничества и порядок присвоения чинов. Согласно введенной Петром I Табели о рангах, лицам, получившим первый гражданский чин — XIV класса, жаловалось личное дворянство в отличие от офицеров, которые, будучи произведены в первый обер-офицерский чин — прапорщика, становились потомственными дворянами. Потомственное дворянство чиновник получал при присвоении чина VIII класса — коллежского асессора. Помимо этого потомственное дворянство достигалось:
а) пожалованием,
б) чином и получением любого российского ордена.
Помимо этого чиновникам, состоящим на службе, разрешалось «просить потомственного дворянства», если «дед и отец состояли в службе в чинах, приносящих личное дворянство, не менее двадцати лет каждый».

Число чиновников VIII класса по сравнению с концом XVIII в. к 40-м годам XIX в. значительно увеличилось. По списку «состоящих в статской службе чинов первых осьми классов на 1796 год» (экземпляр без титула, хранящийся в библиотеке ЦГИА) чиновников этого класса насчитывалось 1524 человека, из них 566 человек военных. Согласно данным всеподданнейшего донесения Инспекторского департамента чинов гражданского ведомства от 29 декабря 1846 г., только коллежских асессоров насчитывалось 5411 человек (ЦГИА, ф. I отделения с.е.и.в. Канцелярии, оп. 2, д. 6829, ч. 55 «в», прил. 2).
 
Read more... )
По недостатку в твердых преградах, кои бы отделяли одно сословие от другого, каждый оставляет ремесло отца своего, пренебрегает наследственными для оного способами и усиливается получить каким бы то ни было образом права и преимущества высшего сословия...»
 
Все частные меры, предпринимаемые правительством, отмечает Васильчиков, не достигали цели, а поэтому он рекомендует издать закон, по которому потомственное дворянство могло приобретаться в результате достижения высших чинов. «Что касается до опасения возбудить неудовольствие, — писал он, — то опасение сие еще могло бы иметь место, если бы предполагалось преградить совершенно чиновникам возможность достигать потомственное дворянство, но в предположении, которое здесь ныне представляется, никому не преграждает путь к повышению чинами, а переносится лишь право поступления в дворяне на чины более значительные».
 
Надо сказать, что Николай I колебался в решении этого вопроса. Как рассказывает в своем дневнике М. А. Корф, Васильчиков неоднократно ставил вопрос перед императором о необходимости изменения закона о дворянстве и в конце концов подал ему цитированную выше «историческую записку». «Сначала, — пишет Корф, — государю мысль эта была очень неугодна. Я приписываю это не только тому, что она шла не от него, но и тому, может статься, еще больше тому, что тут шла речь об ограничении прав военных, которых государь всегда считает и называет своими». Николай I продолжал колебаться, однако Васильчиков, отличавшийся большим упорством, добился своего, и царь поручил разработать ему проект закона, который, как утверждал Корф, был составлен государственным секретарем Бахтиным и согласован с председателем Департамента законов Блудовым. Переданный в Государственный совет проект был рассмотрен в одно заседание, будучи предложен просто по высочайшему повелению без упоминания имени Васильчикова. Никаких прений при обсуждении проекта не произошло.
 
Таким образом появился манифест «О порядке приобретения дворянства службой». В качестве преамбулы в нем говорилось: «Издревле в России дворянство приобреталось службой, но условия приобретения оного по временам изменялись с изменением порядка военной и гражданской службы». Далее указывалось, что отныне первый обер-офицерский чин — прапорщика дает личное дворянство, а первый штаб-офицерский чин — потомственное. Это майор в пехоте и кавалерии и подполковник в артиллерии и инженерных войсках, где чина майора не было. Если лица, получившие первый обер-офицерский чин либо первый штаб-офицерский чин, уходили в отставку или переходили на гражданскую службу, то они теряли присвоенные им права: первые вместо личного дворянства получали личное потомственное гражданство, а вторые вместо потомственного — личное.

Первый гражданский чин коллежского регистратора давал звание личного почетного гражданина. Такое же звание имели чиновники XII и X классов. Чин IX класса — титулярного советника давал личное дворянство, так же как и чиновникам VIII, VII и VI классов. Чин V класса — статского советника приобщал к потомственному дворянству. В 1856 г. последовало изменение положения о дворянстве, связанное с изданием закона «О сроках производства в чины по службе гражданской».
 
Александр II рассмотрел предложение большинства Государственного совета по поводу производства в чины до V класса включительно и согласно с этим предложением отметил: «Но с тем, чтобы впредь дворянство приобреталось в гражданской службе только чином действительного статского советника, а в военной — чином полковника». Небезынтересно привести данные о численности дворянства в середине века. Они содержатся в «Кратком отчете о действиях Министерства внутренних дел с 1825 по 1850 гг.».
«Потомственных дворян в империи находится 253 068 человек, из них во владении своем на основании потомственного права имеют менее 10 душ крестьян 23 984 человека, вовсе ничего не имеют 148 685 человек, лично сами занимаются хлебопашеством 109 444 человека...»
Хотя сумма приведенных цифр в итоге и не сходится, да к тому же эти данные не совсем ясны, имея в виду смешение различных понятий, однако это единственные более или менее точные цифры о численности дворянства. По этому поводу в отчете говорилось: «В последних, наконец, годах (1846 и 1847) на основании особого высочайшего повеления министерством собраны в первый раз возможно точные повсеместные сведения о наличном числе и настоящем положении всех лиц, состоящих в дворянском звании».
 
Во второй половине XIX и начале XX в. положение в отношении получения потомственного дворянства путем производства в чины оставалось прежним, его давал чин IV класса, а на военной службе — чин полковника.

Если в дореформенный период дворянское звание давал любой российский орден, то во второй половине века, как указывалось в Своде законов издания 1876 г., это достигалось только получением высших степеней орденов, за исключением двух: всех степеней ордена Владимира и Георгия. Практически чиновник даже небольшого чина мог быть награжден орденом Владимира IV степени, который давался за 35-летнюю беспорочную гражданскую службу. Военные чины награждались за 25-летнюю службу. Однако эта возможность в 1887 г. была сильно ограничена. 6 августа был издан закон, по которому представление к Владимиру IV степени давало потомственное дворянство лишь тем лицам, которые прослужили в классных или обер-офицерских чинах не менее 20 лет, а также имели орден Анны II степени, получавшийся чиновниками не ниже VI класса. С 1900 г. потомственное дворянство давало уже получение ордена Владимира не IV, а III степени, которым награждались чины IV класса (действительные статские советники); они становились потомственными дворянами по получении Этого чина (независимо от награждения орденом).
 
Таким образом, получение потомственного дворянства путем награждения орденами было фактически отменено.
 

bigbeast_kd: (Default)
чтобы уж сегодня закрыть вопрос
 (Зайончковский Правительственный аппарат...)


Такой порядок существовал до 1856 г., когда вопрос о чинопроизводстве был пересмотрен. В этом году в Государственном совете рассматривался вопрос «Об определении общего срока производства в чины от XIV до V классов». Большинство членов Департамента законов (Д. Н. Блудов, Я. И. Ростовцев и др.) решительно высказались за ликвидацию преимуществ при производстве в чин для лиц, получивших образование. Они указывали, что

«Положение 1834 года, может быть полезное в свое время, оказывается ныне анахронизмом. Это разделило чиновников на две касты: как бы опричных и опальных; оно сделало из науки спекуляцию и окончательно увлекло в службу гражданскую всех просвещенных людей, что человек образованный не остается теперь ни купцом, ни фабрикантом, ни помещиком, все они идут в службу. Если мы останемся в колее, которая тащит просвещение... только чиновными привилегиями, то Россия вперед не пойдет ни по торговле, ни по мануфактурной промышленности, ни по улучшению земледелия и быта крепостных крестьян».

Таким образом, большинство членов Департамента законов критиковало Положение 1834 г., дававшее преимущество по службе лицам образованным. Они видели в этом преграду в первую очередь экономическому развитию страны. Большинство общего собрания Государственного совета (29 голосами против 13) поддержало точку зрения большинства департамента, высказавшегося за то, чтобы отменить преимущества в производстве в следующий чин как по образованию, так и по сословной принадлежности. Александр II утвердил мнение большинства.
В соответствии с этим были установлены новые сроки для производства в чины:
«При поступлении их (т. е. лиц, окончивших высшие и средние учебные заведения. — Авт.) в действительную гражданскую службу утверждаются в том классном чине, на который им дают право их ученая степень, звание или аттестат заведения, в коем они обучались».

Для производства в следующий чин устанавливались единые сроки независимо от образования и сословной принадлежности. При этом сохранилось два вида производства — «за выслугу» и «за отличие». Сроки производства за выслугу устанавливались следующие:
из XIV в XII, из XII в X, из X в IX и из IX в VIII — 3 года;
из VIII в VII, из VII в VI и из VI в V — 4 года.
При этом уже вторично изменялся чин, получение которого давало потомственное дворянство. При производстве же «за отличие» указанные сроки сокращались на один год.

Такой порядок чинопроизводства действовал до конца XIX в., когда вновь возник вопрос об его изменении. С этой целью была создана особая комиссия.
 
bigbeast_kd: (Default)
 Для производства в высшие чины никакого срока выслуги не устанавливалось, а «пожалование в оное во уважение отличных заслуг и ревностной службы зависит единственно от высочайшего соизволения». Такой порядок чинопроизводства существовал до 1834 г., когда было издано «Положение о производстве в чины по гражданской службе». Это положение устанавливало два вида производства: «Производство в чины вообще за усердие и похвальное отправление службы, начальством засвидетельствованное»;
«За отличия, состоявшие в каких-либо особенных подвигах и делах, на пользу службы совершенных, или доказавшие особенные труды и достоинства чиновника».
Отсюда устанавливалось два срока выслуги лет в том или ином чине: общий и за отличие. Кроме того, положение устанавливало три разряда по образованию, и по каждому из них определялись особые сроки выслуги в чинах, как общие, так и за отличие.
Read more... )
Для лиц первого разряда с высшим образованием были установлены следующие сроки производства в чины:
 
  Общие За отличие
из XIV в XII класс  3 года  2 года
из XII в X класс    3 года  2 года
из X в IX класс 4 года 2 года
из IX в VIII класс    
для дворян  4 года  2 года
для не дворян  6 лет  4 года
из VIII в VII класс  3 года  2 года
из VII в VI класс   3 года  2 года
из VI в V класс    4 года 3 года 

Для лиц второго разряда, а именно канцелярских служителей, имевших среднее образование, устанавливались следующие сроки получения классного чина:
для потомственных дворян — 1 год;
детей личных дворян, купцов I гильдии и священнослужителей — 2 года;
детей приказнослужителей, художников и ученых — 4 года.
Для лиц второго разряда были установлены следующие сроки производства в чины:

  Общие За отличие
из XIV в XII класс  4 года  3 года
из XII в X класс    4 года  3 года
из X в IX класс 4 года 3 года
из IX в VIII класс    
для дворян  4 года  3 года
для не дворян  10 лет  6 лет
из VIII в VII класс  4 года  3 года
из VII в VI класс   4 года  3 года
из VI в V класс    6 лет 4 года 

Канцелярским служителям, принадлежащим к третьему разряду и имевшим низшее образование, для получения первого классного чина требовалось:
потомственным дворянам — 2 года,
детям личных дворян, купцов I гильдии и детям лиц духовного звания — 4 года;
детям приказнослужителей, художников и ученых — 6 лет;
детям купцов II и III гильдий, мещан и представителей податных сословий — 12 лет.
Для лиц этой категории были установлены следующие сроки производства в чины:

  Общие За отличие
из XIV в XII класс  4 года  3 года
из XII в X класс    4 года  3 года
из X в IX класс 4 года 3 года
из IX в VIII класс    
для дворян  5 лет 3 года
для не дворян  10 лет  8 лет
из VIII в VII класс  6 лет 4 года
из VII в VI класс   6 лет 4 года
из VI в V класс    8 лет 6 лет

Таким образом, с одной стороны, предоставляются большие преимущества для дворян, во-первых, при производстве из канцелярских  служителей в первый классный чин и, во-вторых, при производстве в чин коллежского асессора.
С другой стороны, устанавливались существенные льготы по образованию. Сроки производства в чины первого разряда по образованию были более чем на 50% меньше, чем для лиц третьего разряда. По общим срокам — за выслугу — производились из XIV в VIII класс для первого разряда дворяне за 24 года, не дворяне — за 26 лет;
для второго разряда дворяне — за 30 лет, не дворяне — за 36 лет;
и, наконец, для третьего разряда дворяне — за 37 лет, а не дворяне — за 42 года.
 
bigbeast_kd: (Default)
(Зайончковский. Правительственный аппарат самодержавной России в XIX веке)

Рассмотрим условия определения на службу и чинопроизводства. Все имевшие право поступления на государственную службу начинали ее с должности канцеляриста (за исключением тех, кто получил высшее образование). Канцеляристы подразделялись на четыре разряда в соответствии с происхождением.
К первому принадлежали потомственные дворяне;
ко второму — дети личных дворян, купцов первой гильдии и духовенства;
к третьему — дети приказнослужителей, купцов II и III гильдий и т. п.;
к четвертому — дети мещан и «вообще людей, вышедших из податных сословий», которые принимались на службу до закона 14 октября 1827 г.

Для всех этих разрядов устанавливались особые сроки выслуги первого классного чина. Лица, окончившие высшие учебные заведения, определялись на службу, получая одновременно соответствующий классный чин. Окончившие гимназии зачислялись канцелярскими служителями высшего по жалованью разряда, а окончившие гимназии со знанием греческого языка получали чин XIV класса, т. е. коллежского регистратора. Окончившие духовные семинарии приравнивались к окончившим университеты и, поступив на службу, получали классный чин.

Итак, за исключением лиц, окончивших высшие учебные заведения, вое остальные поступали на службу канцеляристами. Канцелярские служители, как уже говорилось, подразделялись по происхождению. Этим и определялся срок получения первого классного чина.

В XIX в. число чинов равнялось не 14, а 12. Чины XIII и XI классов — сенаторского секретаря и корабельного секретаря, хотя юридически не были уничтожены, но в гражданских ведомствах никому не жаловались («Устав о службе гражданской», стр. 301). Таким образом, Табель гражданских чинов состояла из следующих чинов:
XIV класс коллежский регистратор  
XII  класс  губернский секретарь
X    класс  коллежский секретарь 
IX   класс  титулярный советник
VIII  класс  коллежский асессор  
VII  класс  надворный советник      
VI класс  коллежский советник
V  класс   статский советник
IV  класс  действительный статский советник
III  класс  тайный советник                           
II   класс  действительный тайный советник
I    класс   канцлер или с начала 30-х годов  действительный тайный советник I класса. (Этот чин давался  очень редко. За более чем 80 лет  (до 1917 г. включительно) его имели буквально несколько человек.)

Канцелярские служители первого разряда производились в чин коллежского регистратора через 2 года, второго — через 4 года, третьего — через 5 лет и четвертого — через 12 лет. Для производства в чины из XIV класса в XII, из XII в X и из X в IX устанавливалась выслуга в три года. Производство же из IX в VIII, т. е. в чин коллежского асессора, для дворян осуществлялось через 4 года, для не дворян устанавливалась выслуга в 12 лет. Установление двоякого срока объяснялось тем, что чин коллежского асессора до 1845 г. давал получение звания потомственного дворянина.
 
Кроме того, как уже говорилось выше, для получения этого чина требовалось наличие университетского диплома или аттестата о сдаче соответствующего экзамена. Срок для производства в чин надворного советника устанавливался в 5 лет, из надворных советников в коллежские — тоже в 5 лет. Наконец, для производства в чин статского советника требовался четырехлетний срок службы в предшествующем чине. Но для производства в чин статского советника недостаточно было одной выслуги лет. Для этого требовались:
1) свидетельство о том, что представленный чиновник, по крайней мере десять лет, служил с ревностью и усердием;
2) что в числе разных должностей, по крайней мере два года, он действительно замещал место советника, прокурора или начальника какой-либо положенной по штату экспедиции (ст. 343).
Кроме того, требовался отзыв начальства, в котором указывались «отличные заслуги», которые он имел.
 
bigbeast_kd: (10 лет спустя)
Как ни странно, октябрьское восстание в Петрограде, которое должно бы уже давно быть реконструировано, мне не удалось найти в виде официальной хроники. Время одного и того же события в разных источниках иногда указывается по-разному. Так, отъезд Керенского одни относят к 10 часам, другие - к 12, третьи - к 11. Очень часто время событий расплывчато - "рано утром", "на рассвете", "в то же время". Поэтому, у кого есть уточнения - сильвупле, гости дорогие, авек плезир.


Read more... )




bigbeast_kd: (10 лет спустя)
Итак, в свете довольно старых новостей я приношу свои искренние извинения всем, кто читал когда-либо мои утверждения о том, что в Рунете денег нет. Я ошибался сам и вводил вас в заблуждение. Mea Culpa.


Динамика проникновения интернета в России, млн.человек. Данные ФОМ

76 миллионов человек аудитории не могут быть "здесь денег нет". Это означает - деньги есть, хотя бы потенциальные. Понятен и источник такой ошибки - еще 10 лет назад суточная аудитория была 5.5 миллионов человек. Рост в 10 раз - это качественное изменение. Месячная аудитория, правда, увеличилась "всего" в 5 раз.

Но зато резко изменилось поведение пользователей.
Read more... )
Так что если профессиональный (получающий из него деньги) интернетчик скажет вам, что денег в Рунете нет - он либо врет потенциальному конкуренту, либо не знает, как эти деньги выудить.

Из этих 76 миллионов человек как минимум 10-20 миллионов должны быть готовы тратить деньги. Вообще, конечно, их готовы тратить все 76 миллионов, но не все в этом признаются. Но 10-20 миллионов - это тот минимум, из которого вы можете набирать клиентскую базу. А уж удастся ли вам продать им что-то - вопрос используемой бизнес-технологии.


bigbeast_kd: (10 лет спустя)
Те, кто счел, что только 5% взрослых россиян ежедневно заходит в Интернет, пребывает в начале 2005 года. Еще только год второму сроку всенародноизбранного. Премьером - Фрадков (помнит кто-нибудь такого). Идут протесты против монетизации льгот, выборы в думу отныне будут идти только по партийным спискам. В США начался второй срок Буша, в Германии заканчивается канцлерство знатного газовика Шредера. Виста еще не обрела свое имя, она лонгхорн, про айфоны никто не слышал, ну если не считать сиськи )))

Тот, кто дал 20%, живет в 2009 году. Президентом у нас Дмитрий Анатольевич. На дворе кризис. Продлен срок полномочий следующих президента и госдумы. В США президентом стал Барак Хусейнович.

25% - весна 2010 года. Перельману присуждают премию в миллион, извергается Эйяфьядлайёкюдль, появляется в продаже айпэд. Под Смоленском проклятый дотягивается до Качиньского. Первые кириллические домены.

30% - это 2011. Арабская весна, милиция переименована в полицию, Фукусима, 146%, "Северный поток", "Оккупай".

40% - 2012. Выборы Темнейшего на первый третий срок. Видеотрансляции с участков, болотное дело, "Невинность мусульман", единый реестр интернет-сайтов, арест Васильевой, введены ограничения по возрасту.

Угадали те, кто назвал 50%. С 60 процентами немного забежали вперед, а с 70 - безбожно нам льстят


Динамика проникновения интернета в России на весну 2015. Данные ФОМ путем личного интервью 18000 совершеннолетних граждан по месту жительства.





bigbeast_kd: (10 лет спустя)
Как вы думаете, сколько человек в России ежедневно пользуется интернетом? 10%? 20? 30?

Сейчас узнаем, насколько вы отстали от жизни.

[Poll #2023543]

Чур, гуглем не пользоваться, это нещитово )))




bigbeast_kd: (10 лет спустя)
За ним гнались казаки, охочие и гулящие люди, пробираясь сквозь тайгу на восток. Его собирали с ясачных инородцев и продавали за рубеж московские государи. Пытки, взятие заложников, воровство, тюрьмы, контрабанда, политические игрища... все, как с настоящим золотом. А всему виной - маленький зверек.


Соболь - лесовик. Хотя по деревьям он особо не лазит - живет обычно в дуплах и укрытиях невысоко над землей и питается в основном мышевидными грызунами, кедровыми орешками и ягодами. На наземный образ жизни указывают и широкие лапы-снегоступы и короткий хвост. Врагов у него было мало - волк, лиса, россомаха, беркут, совы, орлан ловят его лишь изредка. Живет оседло, букой, избегая себе подобных. И вообще живет в глухих захламленных дебрях (это важно для нашего повествования).

Все изменилось, когда голая двуногая обезьяна на севере Евразии освоила торговлю. Прекрасный мех, до которого остальным зверькам - как до Парижа пешком, оказался не только средством потешить свое собственное ЧСВ, но и уникальным товаром, за который забугорные короли-графы-бароны могли отвалить полновесных монет полной мерой. И началось...

Долгое время биологи отказывались верить, что соболя обитали далеко на запад от Урала, несмотря на исторические свидетельства. Пока в 1958 году Кириков не нашел маленьких мохнатых няш в делах генерального межевания Могилевской и Витебской губерний 80-х годов XVIII века. В Могилевской губернии соболя жили тогда в лесах по Очесе, по левому берегу Беседи у впадения в Сож и по рекам Мужичку, Ректе и Погорелице. Последнее упоминание о белорусских соболях относятся к 1803 году.
Read more... )

На Севере западная граница ареала достигала Карелии и Лапландии. Сага об Эгиле, посвященная событиям конца IX - конца X веков, говорит о том, что конунг квенов при нападении на карелов Финмаркена взял себе кроме третьей части добычи все бобровые и собольи шкурки. Ламартиньер, посетивший московитскую Лапландию в 1653 году, покупал там соболей, которые отличались от тех, что ловят за Печорой и в Сибири. В Кемском уезде еще в 1834 было добыто 2 соболя, а в Холмогорском - 12. В Пустозерской волости под 1575 годом писцовая книга фиксирует сбор с ненцев "шти сороков" соболя. В 1756 Миллер пишет, что у Пустозерска соболи были, но давно выловлены. По верхней же Печоре (Большой и Малой) соболей зафиксировали при генеральном межевании 1822-1843 годов. Хотя еще в 1681 году местные вогулы послали челобитную Федору Алексеевичу, что соболей стало меньше.

По Вашке, Мезени, Выми, Вычегде, Сысоли это был уже промысловый зверь. Еще в житии святого Стефана Пермского (конец XIV века) говорится, что пермяки жертвовали богам собольи меха. В начале XV века Великий Устюг уплатил Великому Новгороду и Двинской земле 2080 соболей. Иван III обложил после присоединения Удорскую землю данью в 228 соболей, Вымскую - в 367, Вычегодскую - в 438, Вишерскую - 46, Сысольскую - 536 и с Ужговской волости - 92 соболя. К началу XVII века население здесь сильно выросло, но в Яренской писцовой книге 1608 года население этих земель облагается оброком не только за промысел бобров и белок, но и соболей.

Но в целом уже в XVI веке истощенное поголовье Восточной Европы не могло удовлетворить потребностей нового государства в твердой валюте. Мех соболей стал, как это модно говорить, драйвером его движения за Урал.

bigbeast_kd: (Джо Блэк!)
Д.Ливен Аристократия в Европе 1815-1914

Но либерализм вигов не был только партийной игрой. На взгляд принца Пюклера, в этом выразилась одна из многих странностей Англии — страны либеральной и в то же время ультрааристократичной: «...явно размытые общие представления о либерализме идут рука об руку с узкой классовой гордостью и в высшей степени надменным сословным чванством <...> человек, в домашнем кругу чрезвычайно высокомерный, пользуется в общественной жизни репутацией убежденного либерала». «Священный Круг Прародительства» был в своей основе крепко сплоченной кликой аристократов, воспитанных в незыблемой вере в то, что успешная борьба, которую их предки вели против абсолютизма Стюартов за введение свободной протестантской конституции, была главной предпосылкой будущего восхождения Англии на позиции мирового господства. Лорд Джон Рассел всей душой верил, что политическая свобода была изобретена его предками, которые даровали ее сначала Англии, а потом и всему миру. Пусть в этом и было нечто смешное и самодовольное, но не следует забывать, что одержимость фамильной гордостью повсеместно была неотъемлемым признаком аристократии. Викторианский аристократ неуклонно принимал свои семейные традиции ближе к сердцу, чем свободы, права и обязанности свободнорожденного англичанина, но, в соответствии с девизом Рассела, эти традиции были достаточно хороши, чтобы им следовать.

Read more... )

К концу девятнадцатого века будущее аристократии вращалось вокруг ряда вопросов. Сумеют ли аристократы понять, в каком направлении движется мир, или для этого они слишком ограничены, недальновидны и необразованны? Предложит ли общество аристократии золотые мосты, по которым она сможет пройти в современный мир, и хотя бы до некоторой степени сохранна, свой статус и свое благосостояние? Какие формы вхождения в современность — демократические или же иные — будут ей предложены, и каким образом присущие аристократии традиции определят выбор этих форм? Если же вся аристократия или же какая-то ее часть окажется без удобного переходного моста, насколько значительны и разрушительны будут ее арьергардные действия перед лицом обновляющегося мира современности? In extremis, будет ли аристократия достаточно реакционной, или цивилизованной, чтобы по-прежнему руководствоваться традиционными представлениями о религии и чести, или же неуверенность в завтрашнем дне, гнев, вызванный потерей статуса, и агностицизм заставят ее избрать путь, ведущий к тоталитаризму национализму и его неизбежному спутнику, варварскому антисемитизму?
bigbeast_kd: (Джо Блэк!)
Россия и Пруссия - парламентаризм

Учреждение парламентов в Пруссии и России, после революций соответственно 1848 г. и 1905 г., существенно изменило политику дворянства. В доконституционный период перед дворянами, слишком энергичными для того, чтобы проводить свои дни в праздности, но и не питавшими пристрастия к военной службе, вставал следующий выбор: или довольствоваться управлением собственными имениями, завязнув в тихой провинциальной заводи, или попытаться вскарабкаться на вершину бюрократической лестницы. Зачастую ни одна из этих возможностей их не привлекала. Н. В. Чарыков, отпрыск старинной семьи провинциальных дворян, в конце концов избравший дипломатическую карьеру, утверждал: «Будь в России конституционное правление, я несомненно попытался бы войти в парламент». Конституционная политика, с одной стороны, открыла Отто фон Бисмарку путь спасения от чиновничьей лямки, с другой, помогла преодолеть изоляцию Померании: слишком гордый и независимый для того, чтобы быть мелким чиновником, слишком честолюбивый для доли фермера или ландрата, Бисмарк ухватился за тот шанс, который предоставил ему парламент.

Read more... )

Сегодня историки редко придерживаются той точки зрения, которая господствовала в России в 1914 г. и во многом уравнивала Германию и Британию. Ужасающий опыт нацизма требует, чтобы особенности Германии, ее специфический путь (Sonderweg), были подвергнуты тщательному объяснению. В этическом плане прежде всего возникает вопрос, как могло случиться, что страна, являвшаяся основным составляющим элементом либеральной христианской цивилизации викторианской эпохи, вверглась в пучину нацистского варварства? В политическом аспекте недоумение вызывает отход Германии от англо-американского пути модернизации, который до 1914 г. провозглашался в исторических концепциях вигов универсальным, и который, по крайней мере, в наиболее наивных научных теориях, предлагаемых после Второй мировой войны, был значительно демократизирован, облечен в квазинаучный жаргон и возведен в науку под названием теории модернизации. Для многих историков, стремящихся объяснить германский Sonderweg, значение юнкерства приобретает порой преувеличенные размеры. Существование подобной доиндустриальной элиты в нынешнем веке рассматривается, как главная причина, определившая неспособность Германии следовать демократическим путем к капитализму в современном его виде. Прямо или косвенно, но нередко противопоставляются, с одной стороны, юнкерство, поставившее собственные сельскохозяйственные интересы выше общественного блага, и упорно защищавшее недемократическое избирательное право, с другой, английская аристократия, которая в свое время отменила Хлебные законы и пошла на проведение парламентской реформы, способствовавшей мирному переходу к демократии. В контексте сравнения Англии и Пруссии имеет особый смысл подробно рассмотреть вопрос о сельскохозяйственном протекционизме, так как именно этот вопрос может многое сказать как об аристократиях обеих стран, так и о политических системах, в которых они существовали.
bigbeast_kd: (Джо Блэк!)
Россия и Пруссия - абсолютисткий период

В отличие от юнкеров, у представителей католического дворянства в девятнадцатом веке не было собственного могущественного государства, обладавшего армией и гражданскими службами, где они могли бы главенствовать вместе со своими сыновьями. К тому же, католическое дворянство намного уступало юнкерам в численности. Но, и это главное, дворяне-католики и юнкеры придерживались различных традиций в области ведения хозяйства и управления крестьянами. Юнкеры лично руководили собственными фермами и распоряжались рабочей силой; к тому же, в их среде издавна существовал обычай отправлять сыновей на военную службу, и это наложило на их менталитет особый отпечаток, который проявлялся в сознании, что они идеально соответствуют главенствующему положению и обладают исключи¬тельным правом руководить и командовать. Во многих отношениях эти восточные дворяне имели больше общего с российскими крепостниками, чем с аристократией западной или южной Германии. В восточной Пруссии, как и в России, деревни лишь изредка встречались на бескрайних просторах, которые по западным стандартам были весьма скудно населены и не имели городских традиций. Даже в конце восемнадцатого века сельские общины были полуавторитарными и находились в сильнейшей зависимости от своего владельца. В 1863 г., в первый раз путешествуя по восточной части Германии, баронесса Шпитцемберг отмечала, что деревни здесь совсем не походят на западные. Лачуги работников тесно обступают дом помещика, а сами деревни разительно отличаются от западных по степени благоустроенности и процветания; на всем здесь виден отпечаток дворянской семьи, которой принадлежат селения. До 1811 г. крестьяне, наследуя собственные фермы, присягали на верность своим владельцам, как правило, видевших в крепостных неразумных детей, которых следует приучать к строгой дисциплине. Лишь от личного расположения дворянина зависело, будет ли эта дисциплина соединяться с элементами отеческого благоволения. В конце восемнадцатого века в большинстве поместий подобный патернализм был забыт, так как поместья эти покупались, сдавались и брались в аренду с головокружительной быстротой. Тем не менее, в Пруссии, как и в России, крепостному крестьянину нередко было выгодно играть роль дитяти.

Read more... )

Наиболее аристократической должностью во внутренних администрациях обеих стран являлась должность главы провинции — в Пруссии он назывался оберпрезидент (Oberprasident), а в России — губернатор. Первоначально и оберпрезидент, и губернатор, подобно ландрату и предводителю дворянства, считались не столько гражданскими чиновниками, сколько личными представителями монарха, наместниками, осуществлявшими контроль за деятельностью всех находившихся в подведомственной им провинции ведомств и учреждений, государственных и дворянских. Но к концу девятнадцатого века и оберпрезидент, и губернатор стали подчиненными Министерства внутренних дел и на практике превратились в винтики государственной машины. Но и тогда благодаря своему происхождению они выделялись среди прочих чиновников. В Пруссии даже в 1914 г. 83 процента оберпрезидентов были дворянами, что же касается российских губернаторов, то они не только имели намного более древние дворянские корни, чем большинство других высших чиновников, но нередко были крупными землевладельцами, отпрысками древнейших аристократических родов, и весьма часто, выпускниками закрытых элитных школ, военных и гражданских. В обеих странах исполнители должностей глав провинций, как правило, отличались высокой профессиональной компетентностью, опытностью и хорошей подготовкой, но были среди них и те, кто по-прежнему питал пристрастие к стилю и духу старого режима. Например, в 1870-е годы в Померании, самом сердце юнкерства, оберпрезидент по-прежнему всегда был выходцем из очень знатной провинциальной семьи; в его предшествующий опыт входила длительная служба в качестве ландрата, и, таким образом, он избегал преодоления барьера в виде учебной подготовки к должности гражданского чиновника и обходился легким экзаменом на должность ландрата. Но к началу двадцатого века такие исключения встречались все реже и подавляющее большинство вышедших из юнкеров ландратов проходили полный курс образования и подготовки, необходимых гражданским чиновникам. Тем не менее, два первых оберпрезидента Вильгельма II в аристократической Силезии, принц Герман фон Хатцфельдт (1894—1903) и граф Роберт фон Зедлиц-Трютшлер (1903—1909) были представителями наиболее знатных аристократических семейств Силезии.
bigbeast_kd: (Джо Блэк!)
В 2016 году заканчивает свое действие закон об Особой экономической зоне в Калининградской области. Возникает естественный вопрос, как жить дальше. Увы, надо полагать, что наши власти по-прежнему не пожелают взглянуть фактам в лицо и примут очередное паллиативное решение.

Чем это плохо? Может быть принятое решение будет лучше предыдущего? О чем вообще речь?

Итак, посмотрим фактам в лицо. Для этого не надо даже особых изысканий, исследований, анализов и оценок. Достаточно посмотреть на карту. Можете даже просто открыть ГугльМапс.

Read more... )

Естественное решение в этой ситуации может быть только одно - исключить Калининградскую область из экономического пространства России. Платой за это будет, как минимум, возможность сохранить ее в политическом пространстве. Любой другой вариант, так или иначе, будет вести к утрате Россией нашего региона уже во всех смыслах.
bigbeast_kd: (Джо Блэк!)
По Л.П.Минарик Экономическая характеристика крупнейших собственников России конца 19 - начала 20 века. В списке перечислены все частные собственники, владевшие более чем 100000 десятин (примерно 110 тыс га). Пометка У маркирует уральских землевладельцев, пометка Н - нетитулованных дворян.

Read more... )

Profile

bigbeast_kd: (Default)
bigbeast_kd

July 2017

S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 23rd, 2017 03:53 am
Powered by Dreamwidth Studios